Благословение Господне обогащает и печали с собой не приносит
19 Февраля 2012

Благословения начались с того момента, как мы пришли в церковь и покаялись. Через месяц состоялась конференция, проходившая в здании Амурской филармонии. Мы всего месяц как ходили в церковь, но уже принимали гостей, приезжающих на конференцию. У нас в квартире в эти дни жило 24 человека.

Мы с мужем и с сестрой спали в одной комнате. Юра спал на полу, и, чтобы открыть дверь, нам приходилось переступать через него, ударять его дверью по голове, потому что он как раз занимал всю длину комнаты.

С того дня люди от нас вообще не уходили. У нас постоянно было много народа. Мы принимали людей с городской свалки, отовсюду к нам приводили людей. Просто человек шел по улице поздно вечером, видит, сидит женщина на остановке, которой некуда идти, он приводит ее к нам: «Вот вам, потому что деваться ей некуда». И уходит, а дальше — наши проблемы. И так по сей день. За десять лет у нас, по примерным подсчетам, ночевали, гостили и даже жили около двух тысяч человек.

Однажды Бог сказал мне: «У тебя будет свой дом». Я не хотела. Я не хотела дом, потому что знала, что это такое, и я сказала: «Я не хочу», а Бог сказал: «А Я хочу». Тогда я сказала, что раз дом у меня будет, то прежде мне нужна любовь к этому дому. C того дня я стала говорить: «Я хочу свой дом. У меня будет свой дом», - и Бог стал приближать мое сердце к дому. Мало-помалу, я стала видеть плюсы в приобретении дома, потом появилось желание иметь дом. Мы стали искать.

В этот период времени моя младшая дочь заболевает астмой. Это было жуткое время, когда она умирала у меня на руках, задыхалась, синела. Мы каждые две-три недели лежали в больнице. Я ни о чем не могла молиться весь этот год, только одного просила у Бога, говорила Ему: «Я смогу поверить Твоему слову, только если Ты мне скажешь его через пастора». Я вообще не могла ни о чем думать, молиться, на тот момент я была наполовину умершей - и христианкой, и человеком.

И однажды, 25 мая 2009 года, когда мы лежали в больнице, мне звонит моя сестра и говорит: «С тобой хочет встретиться наш пастор по поводу твоей проблемы». Естественно, я этого ждала, я просила этого у Бога.

И будучи в больнице, я молилась о том, чтобы я смогла принять то, что пастор хочет донести до меня. Я перебрала все свои грехи, все свои ошибки и во всем на свете раскаялась. Единственное, что я просила у Бога, это если я чего-то не знаю, чтобы я смогла это принять от пастора. 27 мая мы вышли из больницы, и я сразу прямиком отправилась к пастору, на четвертый этаж. И он говорит мне о некоей проблеме.

Я о ней даже и не знала. Я говорю: «Пастор, ну да, может быть. Но может быть это то, что является большей проблемой? - Может быть, но корень этой проблемы именно в том, о чем я тебе говорю». Наверное, мне помогла та молитва, которой я молилась, чтобы принять это слово. Потому что для меня это было нереально, это был давно пройденный этап.

Вечером в понедельник было служение, на котором пастор сказал мне: «Выходи вместе с дочерью, я буду молиться за вас». Для меня это было ужасное время. Вплоть до самой молитвы мне хотелось умереть, убежать, расплакаться, биться в истерике - бесы просто домогались меня. Когда на служении я вышла вперед к сцене, у меня не было веры на исцеление, у меня была надежда.

Я понимала, что я в Боге, у меня есть надежда, будущность, но веры не было, ни грамма. Но во время молитвы возникало такое ощущение, что в меня эту веру просто впихивали, я чувствовала ее физически. И когда пастор сказал: «Сейчас я беру власть над этим духом, и силой и властью Божьей разрушаю эту болезнь», - то меня как будто взяли и разорвали изнутри, и эту веру впихнули прямо в меня.

У меня не было своей веры, но сверхъестественная Божья вера вошла в меня в тот момент - я точно об этом знала. И я точно знала, что с этого дня все изменится.

С того самого дня, с той самой минуты, с того самого слова и по сей день у моего ребенка не было ни одного приступа. И сегодня ее хотят снять с учета!

В то же самое время ей ставят диагноз - вывих бедра, который не лечится. И ее нужно было прооперировать, причем это надо было сделать до пятилетнего возраста, иначе она бы осталась инвалидом. У нее одна нога была короче как раз из-за вывиха тазобедренной кости. У нас есть снимки, подтверждающие этот факт.

На той неделе мы стали проходить анализы, готовится к операции. Сделали снимки, пришли к врачу-ортопеду. Доктор смотрит на снимки и говорит: «Я хочу снять с вас этот диагноз, у вас ничего нет»! «Слава Тебе, Господь!»

К сожалению, я не взяла с собой ее медкарту; у нее за восемь месяцев она приличной толщины, когда у старшей дочери - тетрадка в 15 листов. В то время, когда она болела астмой, ей нельзя было дышать ни парфюмерией, ни жареной рыбой, ни пылью, ни находиться на сквозняках. Но в то время мы все равно принимали людей.

Люди были не очень чувствительны к этому нюансу, пользовались парфюмом, жарили рыбу. Как только пожарят рыбу, я знала, что на следующий день мы - в больнице. Парфюм - значит, дня через три мы в больнице. Вот таким образом мы и жили.

Схема принятия гостей у нас осталась неизменной, мы не остановились в этом деле. Я знала, что придет благословение - благословение в исцелении, благословение в жизни. И при этом мы спали с детьми в одной комнате, на одной кровати.

У нас четырехкомнатная квартира, и всегда полным-полно гостей. И когда после исцеления у нас прекратились приступы астмы, мы стали подыскивать себе дом. Мы рассматривали разные варианты, но Бог сказал мне: «Ты будешь жить в доме, который не строила». И с того дня я стала это исповедовать.

Мне предлагали множество вариантов строительства, достройки, но я говорила: «Нет-нет, я буду жить в доме, который я не строила», - потому что Бог так сказал, и я не хотела идти другим путем.

Два года мы искали, было множество вариантов, но как-то они не лежали к сердцу. И однажды мы находим вариант, который нам очень понравился. Но этот дом был совершенно за гранью фантастики, потому что он стоил в два раза дороже нашей квартиры. Посмотрели его просто так, попросили агента узнать у хозяина, возможен ли обмен. Неизвестно, спросил ли он у хозяина или нет, но через некоторое время он позвонил и сказал, что хозяин не согласен на обмен, ему нужна чистая продажа.

Прошло два месяца. За это время мы помолились пару раз. Мы говорили Богу: «Бог, если Ты ведёшь нас, если Ты хочешь нас благословить, мы просто отдаём всё в Твои руки!»

Через какое-то время Юра работал в доме по соседству с тем, что нам тогда очень понравился. Хозяин дома, где работал муж, дал нам номер телефона владельца того дома.

Мы два месяца были в раздумьях, как же нам позвонить, согласится ли он или не согласится. Потом махнули рукой - за вопрос не ударит же в нос, по телефону, по крайней мере, - и в декабре месяце позвонили. Мы спрашиваем: «Можно ли с вами поменяться? У нас есть квартира, но доплаты нет. Но мы хотели бы поменяться на ваш дом». Он говорит: «Хорошо», - и кладет трубку. Что думать: «Может, это новогодняя шутка, розыгрыш?» Мы ждем еще один месяц и в январе звоним.

- Мы вам звонили по поводу квартиры.

- Ну да, я помню. А что вы никаких действий не предпринимаете? Я жду, когда мы будем меняться. Я же сказал, что согласен.

- Приезжайте, хотя бы квартиру посмотрите.

- Зачем мне это надо?

- …Так положено.

Он приезжает, смотрит квартиру стоя на пороге, и говорит: «Я согласен, оформляем документы». Мы в полном недоверии, у нас куча сомнений. У хозяина дома друг юрист, и Бог расположил их сердца, и к нам они относятся как к детям. Его друг юрист начинает совершенно бесплатно оформлять нам документы. Все делает сам, мы приходим и только расписываемся. Они все сделали сами. И 4 мая 2011 года мы получили документы на этот дом.

Самое интересное в том, что, когда мы искали дом, у нас было много пунктов, чего мы хотим. Я хотела, чтобы дом был кирпичный, три метра высотой, а Юра хотел дом из бруса высотой2,8 метра. Он хотел зеленую крышу, а я хотела крышу в человеческий рост. Он хотел подземный гараж с кнопочкой, а я хотела подходящий для жилья подземный этаж и гараж вне дома. Я хотела просторные комнаты и много окон, чтобы это был светлый дом.

И когда мы увидели этот дом - я была сама просто в шоке - первый этаж был кирпичный, три метра высотой, второй этаж из бруса, высотой2,8 метра! Крыша покрыта зеленой металлочерепицей, высотой в человеческий рост! В доме просторные большие комнаты, много окон, много света, а так же подземный этаж. Дом площадью 342 квадратных метра!!!

Дом внутри полностью подготовлен к жилью, единственное, что оставалось, это положить на пол линолеум, а остальное – в суперидеальной форме, т.е., заходи и живи.

Когда дом уже был оформлен на нас, а наша квартира – на нового хозяина, то этот хозяин разрешил нам пожить в нашей «бывшей» квартире еще до ноября, причем совершенно бесплатно!

Мы не переставали удивляться щедрости Божьей, тому, как Он реально снова и снова располагал к нашей семье сердце этого незнакомого нам человека. Во-первых, дом стоит в полтора раза дороже, чем наша квартира, но у нас произошёл равноценный обмен. Он ни копейки доплаты с нас не взял! Оставил нам кучу строительных материалов, инструменты, плюс подарил нам двуспальную кровать: сам привез, разгрузил. И просто отдал нам земельный участок в 15 соток на одной из окраин города, который на данный момент стоит около 600 тысяч. Просто отдал.

Этот дом - Божий дар, Божье благословение, Бог его и обеспечивает. Бог благословляет каждую работу! Нам нужно было сделать канализацию – бригада насчитала по сто десять тысяч с каждого дома на улице. Каким-то чудесным образом на нашей улице нашёлся человек, который сам занялся всей этой работой. И канализация обошлась нашей семье в двадцать тысяч вместо ста десяти. На подключение воды необходимо было около семидесяти тысяч, мы отдали всего около двадцати. Отопление стоило примерно четыреста тысяч, мы его сделали буквально тысяч за тридцать.

Чтобы построить такой дом своими силами, мы потратили бы всю свою сознательную жизнь, и то не осилили бы. Но мы уже живем в нем, и по-прежнему, принимаем людей.

Мы благодарны Господу за все чудеса, которые Он творит в нашей жизни: за разрушение проклятия бесплодия, за троих чудесных детей, за исцеление нашей средней дочери, за спасение всего нашего многочисленного родства (бабушки и дедушки, родители и дети, братья и сестры – сегодня все в церкви, все служат Богу), за этот дом и за многое другое. Но, как и тогда, так и сейчас самым величайшим чудом мы считаем не благословения Божьи, а Его избрание, Его присутствие, Его Дух, живущий в нас.

Эту чудесную историю нам рассказала Наталья Мащицкая.