«Она смотрела прямо мне в глаза, как будто даже не в глаза, она смотрела в мою душу»

«Она смотрела прямо мне в глаза, как будто даже не в глаза, она смотрела в мою душу»
5 Июня 2012

В начале мая этого года пасторы Михаил и Лидия Дарбинян приняли в свою большую семью двоих детей из детского дома. Сегодня, спустя месяц, мы взяли интервью у мамы семерых детей - Лидии Дарбинян.

1. В сегодняшней России многодетная семья – не правило, а исключение. В вашей семье пятеро детей, но вы взяли ещё двоих из детского дома. Расскажите, пожалуйста, как это произошло, как Вы решились на это? Что Вас побудило?

Это было какое-то невероятное стечение обстоятельств. В начале апреля этого года наша младшая дочь Микаэла попала в больницу с подозрением на воспаление аппендикса. Ее положили в палату № 1 хирургического отделения детской областной клинической больницы, в которой лежала маленькая девочка Вера из детского дома. Вот так произошла наша встреча.

Эти дети особенные, у них недетская задача – они в поиске мамы. Они заглядывают в глаза и ищут контакта со взрослыми, ищут тепла. Верочка с первого дня называла меня мамой, хотя я и поправляла ее, говоря «Лида», но она настаивала – «мама». Мое сердце обливалось кровью, и я каждый раз уходила из больницы с тяжелым сердцем. Говорила: «Господи, так не должно быть, позаботься об этих бедных детках».

В один из дней я пришла в больницу в сон час, Верочка спала. Микаэла говорит: «Мама, она очень просила разбудить ее, когда ты придешь». Я села на край кровати и слегка потеребила ее ручку: «Верочка, я пришла». Она проснулась и посмотрела на меня абсолютно не детскими глазами, это были глаза взрослого человека, такие обездоленные, потерянные…. Я не могу без слез говорить об этом. Она смотрела прямо мне в глаза, как будто даже не в глаза, она смотрела в мою душу. Что-то она сделала в этот момент с моим сердцем, оно перевернулось внутри, она словно стала моей. И с тех пор у меня было огромное желание забрать ее.

Потом в процессе оформления документов меня не покидало ощущение, что от меня оторвали моего ребенка, и я очень торопилась сделать все как можно быстрее.

2.Как складывались отношения остальных членов семьи с Верой?

Дети ходили в больницу к Микаэлке и общались с Верой, как-то они все прониклись таким теплом к этой девочке, носили ей сладости, игрушки, надували для нее шары, кормили с ложечки, помогали умываться, ухаживали за ней по очереди. Они очень поддержали меня в этом решении.

Миша сдерживал свои эмоции. В больнице она однажды подошла к нему и погладила его по руке и протяжно так сказала: «Па-а-па», он немного напрягся, растерялся.

Мы собрали семейный «совет», я рассказала о своих чувствах, хотя дома и так все только об этом и говорили. Михаил не решался. Все зависело от него. И я сказала, что не хочу его принуждать, вопрос очень серьезный и требует единодушного согласия: «Ты молись. Как Бог скажет, так и сделаем. Если есть воля Божья в этом, то Бог даст расположение сердца и все устроит лучшим образом».

События происходили накануне моего дня рождения, и когда Михаил спрашивал, что подарить, я шутила: «Веру».

Через несколько дней Михаил пришел вечером домой и сказал: «Ну, все, оформляй документы, я согласен, возьмем эту девочку». Это было такое счастье!

Вообще, хочу сказать, та неделя была будто сверхъестественная! Микаэла попала в больницу с неопределенным диагнозом, а в результате в качестве лечения ей назначили лишь «Мезим». Веру уже выписали, но она продолжала находиться в больнице (детский дом находится далеко от Благовещенска, поэтому машину не отправляют отдельно за каждым ребенком, ждут, пока не наберется несколько человек). Знаю, это не случайность.

Когда я пришла попрощаться с Верой, там уже была медсестра из детского дома. И Вера стала какой-то чужой, закрытой, как будто между нами выросла стена. Я ей сказала: «Верочка, я приеду», обняла ее, а она шепотом: «Да мама, пока мама»,- с такой безысходностью. Когда мы расстались, я села в машину и минут двадцать просто ревела, не могла успокоиться, мое сердце было не на месте.

3.То есть, в больнице вы познакомились только с одной девочкой, откуда появилась вторая?

И вот, когда я начала оформлять документы, я и узнала что их двое, две родные сестры: одной пять лет, другой – шесть.

4.И какова была ваша реакция?

Я, конечно, растерялась. И я не могла принять этого решения одна. Я пришла домой заплаканная. Миша спросил, почему я плачу, я говорю: «Миша, их две!» Он: «В смысле две?» Я говорю: «Ну, две, родная сестра у Веры есть. Они очень привязаны друг к другу, и их не разделят». «Ну и чего ты плачешь? Езжай, посмотри, если твое сердце так же ей откроется, возьмем двоих».

Я была в шоке от его слов! Он сказал, что двоих ещё легче воспитывать, потому что одну сейчас возьмем и разбалуем, эгоистку вырастим, а так вдвоем, делиться будут друг с другом, и веселее им будет.

5.Вам предстояла еще одна беспрецедентная по значимости встреча. Расскажите о ней…

Мы с Микаэлой приехали в детский дом, привезли с собой подарки, игрушки, сладости. Это, конечно, был незабываемый момент! Вера сразу меня узнала и заметалась, заерзала, глазки заблестели… Я присела около неё: «Верочка, здравствуй». Она прошептала: «Мама».

Рядом сидела Надя, такая маленькая, худенькая, зажатая, как будто ещё меньше Веры, хотя и старше (на фотографиях она была совершенно другой). Она смотрела на меня испуганными глазками. Я спросила: «Ты Надя?» Она шепотом: «Да». Я позвала её к себе, и она очень нерешительно подошла.

6.Вы сказали, что Вера «сразу стала вашей». Что говорило Ваше сердце при встрече с Надей?

Мое сердце было готово, я приняла решение, что буду любить ее, я приняла ее в свое сердце. Это как с рождением ребенка: ты его носишь и не знаешь, каким он будет. Но он рождается, и ты его принимаешь таким, какой он есть.

Пока мы были в детском доме, Михаил то и дело названивал: «Как дела, ну что там, девочек отдали?» Выезжая назад, мы позвонили: «Миша, все, мы едем и девочки с нами». Он и сейчас, вспоминая тот момент, всем рассказывает, что как только это услышал, его наполнила такая Божественная благодать…. он смеялся, пел, шутил! Говорит: «Я не знаю, то ли я дедушкой стал, то ли снова отцом». Он стал другим: мягче, добрее. Мы все изменились.

7.Расскажите о самых первых днях пребывания девочек в Вашей семье. Были ли сложности с их адаптацией?

Вере было гораздо проще. Она меня, всех нас знала и, более того, ждала.

Наденьке, конечно, было сложнее, ведь она увидела нас впервые, и мы сразу ее забрали. Она держалась обособлено, очень мало говорила, на вопросы отвечала «да», «нет», называла меня Вериной мамой. Не сразу поняла, что она в семье, однажды даже спросила мою пятнадцатилетнюю дочь Авигею: « А ты тоже тут новенькая?»

8. С какими трудностями сталкивается многодетная семья?

Спать хочется (смеётся). Трудности могут быть разного характера: жилищные, финансовые, бытовые и т.д. Конкретно в нашей семье самая актуальная проблема - уделить всем достаточно времени. Пока девочки маленькие и еще адаптируются, они отнимают очень много времени. Конечно, я очень стараюсь не обделять и старших детей. Они, хотя и взрослые, все равно нуждаются во внимании.

Мне кажется, это и есть самая большая проблема многодетной семьи. Я сама росла в многодетной семье, мы специально провоцировали болезнь (ели лед, ходили зимой без шапки). Когда мы болели, мама всецело принадлежала нам, и это было блаженство! По сей день, когда у меня температура, у меня такое душевное умиротворение! Видимо с детства осталась ассоциация, что раз температура поднялась, мама сейчас будет со мной. Хотя физически я себя плохо чувствую, но на душе очень хорошо и спокойно.

9. Как преодолеть эту проблему с нехваткой времени?

Думаю, нужно правильно распланировать время, организовать быт и распределить домашние обязанности между всеми членами семьи.

10. Что бы Вы посоветовали семьям, которые боятся многодетности и делают аборты?

На самом деле родить даже одного ребенка – это принести себя в жертву. Но это такой посев, который всегда приносит большую награду, потому что каждый ребенок приходит в этот мир с благодатью от Бога. Родной или приемный ребенок, он все равно вносит эту благодать в дом. Когда каждый из моих детей рождался, я плакала от счастья! Что-то сверхъестественное происходит во время рождения! Какое-то особенное Божье присутствие переживаешь с рождением каждого ребёнка. И сейчас, когда мы взяли девочек, я испытываю эту особенную Божью благодать.

Конечно, многие не рожают из-за финансовых трудностей. Но я думаю, что, если Бог дает такую эмоциональную, чувственную благодать, когда рождается ребенок, то и финансовое обеспечение тоже будет умножаться. Потому что каждый ребенок появляется на свет со своим благословением. Люди без Бога живут в проклятии, они не знают, как его разрушать, как выходить из тупиковых ситуаций, которых на самом деле очень много. А у христиан есть Дух Святой, есть мудрость от Бога, есть благословение Божье. Поэтому христиане вообще не должны бояться рожать детей.

11. Скажите, а как Вы ощущаете себя внутренне после того, как девочки появились?

Я очень счастлива. Я чувствую одобрение Божье, чувствую, что то, что я делаю - это очень хорошо, это нравится Богу. Я переживаю особенное Божье присутствие сейчас. Казалось бы, должны возникнуть новые трудности, но нет, напротив, и те, что есть – решаются. Хотя я устаю больше, но и счастья в доме стало больше. В доме у нас и так всегда хорошо было, а сейчас даже это «хорошо» стало лучше!

12. Мы знаем, что Вы благословляли детей в церкви. Как они восприняли это событие?

Для них все ново, все в первый раз. И церковь – не исключение. Они еще пугаются внимания людей, но, слава Богу, мало-помалу отогреваются.

13. Спасибо, Лидия. Успехов Вам, мудрости и терпения.

И вам спасибо. Пусть Бог благословит ваши семьи, детей, дома.